Защемление локтевого нерва: почему немеет мизинец и слабеет кисть

Вы замечаете, что мизинец и край ладони немеют и покалывают, особенно когда локоть долго согнут - во сне, с телефоном у уха, за рулём. Иногда по локтю с внутренней стороны «простреливает», будто задели ту самую «косточку». А в последнее время кисть стала подводить: выскальзывают предметы, тяжелее свести пальцы, слабее хват. В сети это списывают то на «шею», то на «отлежал руку», то на «защемление от нагрузки», и во всём этом легко запутаться.

Разберём спокойно и по делу. Чаще всего за такой картиной стоит вполне конкретная вещь - сдавление локтевого нерва в локте, в так называемом кубитальном канале. Состояние изученное, и по нему есть ясная тактика: где хватит смены режима и мягкой фиксации локтя, где нужен осмотр, а где тянуть уже нельзя и нужен хирург. Я покажу, что происходит с вашим нервом, что говорят сильнейшие исследования и в какой момент затягивание оборачивается потерей силы в руке.

Что такое локтевой нерв и что значит «немеет мизинец»?

Коротко: локтевой нерв идёт по внутренней стороне локтя через узкий кубитальный канал прямо под кожей. Когда его там сдавливает, первым сигналом становится онемение мизинца и половины безымянного пальца.

«Немеет мизинец» - это народное описание симптома; само по себе диагнозом оно не является. Ощущение реальное, и с ним точно надо разобраться. Но за ним чаще всего стоит понятный механизм, у которого есть имя - синдром кубитального канала, он же сдавление (компрессия) локтевого нерва в локте.

Локтевой нерв - один из трёх главных нервов руки. По пути от плеча к кисти он огибает локоть с внутренней стороны, проходя в неглубоком костно-связочном желобе позади внутреннего выступа локтевой кости. Это и есть кубитальный канал, а сам нерв в этом месте лежит так поверхностно, что удар по нему отдаётся тем самым простреливающим ощущением в мизинец - в быту это и называют «задел косточку». Нерв отвечает за чувствительность мизинца и половины безымянного пальца и за работу мелких мышц кисти, которые сводят и разводят пальцы и дают силу точному хвату (Andrews 2018).

Отсюда и типичная картина: немеет именно эта зона - мизинец и половина безымянного, а большой и указательный обычно в стороне. Это важная деталь: она помогает отличить кубитальный канал от синдрома запястного канала, где страдает другой нерв и другие пальцы. К этому различию мы ещё вернёмся - оно решает, куда вообще смотреть.

Как это ощущается и что обычно провоцирует?

Коротко: классика - онемение и покалывание мизинца и края ладони, которое усиливается при согнутом локте: ночью, с телефоном, за рулём. Позже добавляется слабость кисти и неловкость пальцев.

Люди описывают это узнаваемо. Мизинец и соседняя половина безымянного немеют и покалывают, и почти всегда хуже становится, когда локоть долго согнут. Ночью человек просыпается с онемевшей рукой, потому что во сне локоть непроизвольно подворачивается к плечу. Днём симптом возвращается в тех же позах: телефон у уха, руль, чтение, опора на подлокотник. Многие замечают прострел по внутренней стороне локтя, если случайно задеть это место.

Дальше, если ничего не менять, картина меняется. Онемение из ночного и эпизодического становится дневным и постоянным, пальцы кажутся неловкими и «чужими». Затем подключается слабость: труднее удержать лист бумаги между пальцами, повернуть ключ, застегнуть пуговицу, из рук выскальзывают предметы. В запущенных случаях мышцы между пальцами и по краю ладони худеют, а мизинец с безымянным чуть подгибаются в «когтистое» положение. Слабость и особенно похудение мышц кисти - это уже поздний сигнал: он говорит, что нерв страдает давно и всерьёз.

Ключевая подсказка - связь именно с положением локтя; запястье тут ни при чём. Когда локоть согнут, канал сужается, нерв натягивается и прижимается сильнее. Поэтому «хуже ночью и когда локоть долго согнут» - это и есть механизм, вынесенный на поверхность.

Что на самом деле происходит с нервом в локте?

Коротко: в согнутом локте кубитальный канал сужается, давление на нерв растёт, он хуже кровоснабжается и начинает сбоить. Сначала обратимо - отсюда «плавающее» онемение, потом стойко - если сдавление держится годами.

Представьте садовый шланг, который перегнули на углу: вода идёт хуже именно на сгибе. С локтевым нервом похоже. При сгибании локтя канал за внутренним выступом кости меняет форму и становится теснее, а сам нерв натягивается, как струна на изгибе. Давление внутри канала при этом подскакивает в разы. Нерву для нормальной работы нужен кровоток; когда его мелкие сосуды пережимаются, он недополучает питания и начинает искажать проводимые сигналы. Мозг читает эти помехи как онемение, покалывание и «мурашки» в мизинце (Palmer 2010).

На ранней стадии всё обратимо: локоть то согнут, то разогнут, давление то выше, то ниже - поэтому и симптомы плавающие, ночью есть, днём отпустило. Если же сдавление держится месяцами и годами, страдает уже сама оболочка нерва, а затем и волокна, которые командуют мышцами кисти. Вот тогда появляются стойкое онемение и слабость, а мышцы худеют. Разница принципиальная: ранний кубитальный канал откликается на смену режима, запущенный - уже не всегда возвращается полностью даже после операции.

🔬 Глубже: в основе - хроническая компрессионно-тракционная нейропатия. При сгибании локтя до 90 градусов и больше объём кубитального канала уменьшается, а давление на нерв, по измерениям, возрастает многократно по сравнению с разогнутым положением; добавляется продольное натяжение нерва на изгибе. Ранняя фаза - фокальная демиелинизация в зоне сдавления, потенциально обратимая; при затяжном течении присоединяется аксональная дегенерация с денервацией собственных мышц кисти (первая тыльная межкостная, мышцы гипотенара), и этот компонент отыгрывается назад тяжело. Именно поэтому степень жалоб и цифры электронейромиографии сходятся не всегда, а стадию определяют по всей картине: симптомы, осмотр и, где нужно, ЭНМГ (Staples 2017).

Почему это случилось именно с вами?

Коротко: причина почти никогда не одна. Сходятся анатомия неглубокого канала, привычка долго держать локоть согнутым или опираться на него, а также фоновые состояния вроде диабета. «Виновата одна поза» - обычно упрощение.

Заманчиво найти одного виновника - «пересидел с согнутым локтем» или «облокачивался на стол». Но так это не работает. Сдавление локтевого нерва - результат сочетания факторов, и у большинства он не сводится к одному движению или одной привычке. Ни одна отдельная причина не объявляется единственной виновной, и это не отговорка: убирая только что-то одно, вы часто оставляете проблему на месте.

Что реально повышает риск. Во-первых, анатомия: нерв в локте лежит поверхностно, а у части людей канал мельче или нерв склонен подвывихиваться из желоба при сгибании - тогда он травмируется трением. Во-вторых, длительное или повторяющееся глубокое сгибание локтя - привычка спать «калачиком» с рукой под подушкой, долгие разговоры с телефоном у уха, работа с постоянно согнутой рукой. В-третьих, прямое давление на внутреннюю сторону локтя: опора на подлокотник, стол, край кровати, дверцу машины. В-четвёртых, фоновые состояния, при которых нервы уязвимее: сахарный диабет, заболевания щитовидной железы, последствия старых травм и переломов в области локтя.

Вывод для вас практический: искать одну причину бесполезно. Если у вас есть системный фон вроде диабета, локоть - лишь та точка, где всё это проявилось раньше всего. Именно поэтому у двух людей с одинаковым онемением бывают разные корни, и разбирать их лучше вместе и вдумчиво; списки причин из интернета тут мало помогают.

Понять, какие именно факторы сошлись у вас и что из этого реально можно изменить, удобнее не в одиночку - это и есть предмет личного разбора.

Что нагружает локтевой нерв в спорте и в быту?

Коротко: нерв грузят повторяющееся или удержанное сгибание локтя и прямая опора на его внутреннюю сторону. В спорте это броски и удары над головой и хват, в быту - сон с согнутой рукой, телефон и локоть на столе.

Патология не спрашивает, спортсмен вы или нет, поэтому смотреть надо и на тренировку, и на обычный день. В спорте локтевой нерв нагружают движения с размашистым сгибанием и разгибанием локтя под нагрузкой и с натяжением по внутренней стороне: подача и удары над головой в теннисе и падел-теннисе, метания, тяжёлый хват в силовых упражнениях, длительная опора на локти. У велосипедистов и тех, кто много работает с согнутыми руками, добавляется удержанная поза.

Но чаще всего решает именно быт, и скажу это прямо. Сон с рукой, подвёрнутой под подушку или под голову, - едва ли не главный ночной провокатор: локоть согнут часами. Телефон, прижатый к уху во время долгих разговоров. Локоть, вдавленный в подлокотник кресла, в край стола или в дверцу автомобиля. Всё это либо держит канал в суженном положении, либо давит на нерв снаружи. Хорошая новость в том, что бытовые драйверы как раз проще всего заметить и убрать - и именно с них разумно начинать.

Что это может быть ещё и как отличить?

Коротко: онемение края кисти даёт не только локоть. Похоже могут выглядеть защемление корешка в шее, сдавление того же нерва в запястье (канал Гийона) и общая полинейропатия. Различают по зоне и провокации.

«Немеет мизинец» - симптом, у которого несколько разных причин, и лечатся они по-разному. Вот что чаще всего путается с кубитальным каналом:

Ключ к различению - где именно немеет и что провоцирует. Кубитальный канал - это зона мизинца и половины безымянного, ухудшение при согнутом локте и прострел при ударе по внутренней стороне локтя. Полезная деталь для специалиста: при сдавлении в локте немеет и тыльная сторона края кисти, а при сдавлении в запястье - нет, потому что веточка на тыл отходит от нерва выше запястья. Если же всё идёт от шеи при повороте головы или симметрично страдают обе руки и стопы - это повод искать другую причину; «лечить локоть» тут бесполезно. Поэтому онемение и разбирают на осмотре (а находку на снимке не путают с причиной), а не по одному слову «немеет мизинец».

Нужен ли снимок и что покажут ЭНМГ и УЗИ?

Коротко: рентген и МРТ при типичном кубитальном канале обычно не нужны. Подтверждают диагноз осмотр и электронейромиография, а УЗИ показывает утолщение нерва - но при лёгком синдроме ЭНМГ может быть в норме.

Здесь важно снять лишние ожидания от «снимков». Кубитальный канал - это про нерв, поэтому рентген и МРТ в типичном случае мало что добавляют: их назначают в особых ситуациях - последствия перелома или вывиха локтя, подозрение на объёмное образование в канале, нетипичная картина. Обычный рентген иногда делают, чтобы увидеть костные изменения после старой травмы, которые деформировали желоб нерва.

Главный инструмент подтверждения - электронейромиография (ЭНМГ): она измеряет, как локтевой нерв проводит сигнал через локоть, локализует место сдавления и оценивает тяжесть. Но у неё есть ограничение, о котором стоит знать: при лёгком синдроме исследование бывает нормальным, и это не отменяет диагноз, если картина типичная. Поэтому современные обзоры советуют опираться в первую очередь на симптомы и осмотр; электронейромиография здесь уточняет картину, но приговора не выносит (Staples 2017). Всё чаще добавляют УЗИ нерва: при сдавлении он утолщается в зоне канала, и это видно на экране - метод помогает там, где ЭНМГ сомнительна, и заодно ищет причину вроде подвывиха нерва (Beekman 2011). Пугаться отдельных формулировок в протоколе не нужно: их толкуют в связке с вашими жалобами и осмотром, а поодиночке они мало что значат.

Что здесь первая линия - и где место физической реабилитации?

Коротко: при лёгком и умеренном синдроме первая линия - смена режима и мягкая фиксация локтя в разогнутом положении на ночь. При выраженном, со слабостью и похуданием мышц кисти, первая линия - операция. Реабилитация важна, но роль у неё вспомогательная, и это надо сказать честно.

Это тот раздел, ради которого стоит читать всё остальное. И здесь я обязан быть честным, даже там, где это против интереса реабилитолога.

Первая линия при лёгком и умеренном синдроме - консервативная: убрать то, что грузит нерв, и не давать локтю глубоко сгибаться во сне. На практике это разбор и смена бытовых привычек плюс мягкая фиксация локтя в почти разогнутом положении на ночь - шиной или просто обёрнутым вокруг локтя полотенцем, чтобы рука не подворачивалась. В исследовании такой консервативный подход (объяснение, режим, ночная фиксация, при желании упражнения на скольжение нерва) заметно улучшал состояние у большинства людей с лёгким и умеренным синдромом - скорее да, данные не окончательные (РКИ Svernlöv 2009; Shah 2013). Качество данных среднее и невысокое, но как разумный и безопасный первый шаг этот путь оправдан, а разные его варианты работали примерно одинаково.

Первая линия при выраженном синдроме - операция. Если онемение стало постоянным, а мышцы кисти слабеют и худеют, это признак, что нерв страдает давно, и консервативные меры уже догоняют болезнь. Хирургическое освобождение нерва (декомпрессия кубитального канала) снимает сдавление, и при выраженной или не отвечающей на режим картине это стандартный шаг - скорее да, данные не окончательные (обзор-руководство Assmus 2011; Staples 2017). Медлить в этой стадии рискованно: похудание мышц и стойкое онемение операция не всегда отыгрывает назад.

Где здесь место реабилитации. Честно: роль вспомогательная, и это не тот случай, где «нагрузка и есть лечение». Сдавленный в костном желобе нерв упражнениями не разожмёшь. Но место у нас есть, и вполне конкретное. Первое - убрать драйвер сдавления (роль R6): разобрать, что в вашем дне и спорте держит локоть согнутым и давит на нерв - сон, телефон, опора, техника движения, - и это поправить; без этого симптом возвращается. Второе - использовать окно после смены режима (роль R2): пока симптом отступил, наладить эргономику и переносимость, чтобы не вернуться в ту же точку. Третье - работа до и после операции (роль R8): вернуть силу хвата и точных движений пальцев, чувствительность и полный объём локтя, мягко разработать рубец. А вот упражнения на «скольжение нерва», которые часто предлагают как самостоятельное лечение, опираются на слабые данные, и подавать их как решение проблемы нельзя - об этом ниже.

Что помогает, что дополняет, а что не работает?

Коротко: режим и ночная фиксация локтя помогают при лёгком синдроме, операция решает вопрос при выраженном. Упражнения на скольжение нерва - со слабой доказательной базой, как отдельное лечение они не тянут. Прогревания и БАДы причину не трогают.

Сведём доказательства в одну таблицу.

И общий принцип, который стоит унести. Режим и фиксация меняют условия для нерва - снимают лишнее давление и натяжение, - но не отменяют того, что нерву в канале тесно, если тесно всерьёз. Поэтому при лёгком течении к ним разумно подключить работу с причиной - привычками и нагрузкой; при выраженном - не затягивать с операцией. Скольжение нерва и добавки нередко подают как «лечение без операции», но их доказательная база не того уровня, чтобы полагаться на них и терять время.

О чём здесь спорят специалисты?

Коротко: главный живой спор - как оперировать выраженный синдром: просто освободить нерв на месте или ещё и переместить его вперёд. Крупные сравнения показывают сопоставимый результат при меньшем числе осложнений у простого освобождения.

Это тот случай, когда спор реальный и его не нужно выдумывать. Когда решено оперировать, хирурги выбирают между двумя подходами: простой декомпрессией - нерв освобождают на месте, рассекая сдавливающие ткани, - и транспозицией, когда нерв дополнительно перемещают вперёд от костного выступа, чтобы он меньше натягивался при сгибании. Десятилетиями считалось, что перемещение надёжнее. Но прямые сравнения в рандомизированных исследованиях этого не подтвердили: по итоговому улучшению оба метода сопоставимы, а простое освобождение даёт меньше осложнений и проще технически - надёжно подтверждено (мета-анализ РКИ Zlowodzki 2007; Macadam 2008). Сегодня поле склоняется к тому, чтобы при обычном сдавлении начинать с простой декомпрессии, а перемещение приберечь для случаев с подвывихом нерва или деформацией после травмы.

Второй узел спора - когда вообще переходить от режима к операции при умеренном синдроме без явной атрофии. Данные ясны на краях: лёгкий синдром начинают консервативно, выраженный со слабостью надо оперировать и не медлить. В середине единого правила нет, и решение принимают вместе с пациентом по динамике симптомов и осмотру; одной строки из заключения ЭНМГ для этого мало.

🔬 Глубже: мета-анализы рандомизированных исследований не нашли значимой разницы в клиническом исходе между простой декомпрессией и передней транспозицией (подкожной или подмышечной), при этом частота раневых осложнений и инфекций была ниже при простой декомпрессии (Zlowodzki 2007; Macadam 2008). По консервативному лечению Кокрейновский обзор указывает на низкое качество доказательной базы и отсутствие явного преимущества хирургии над консервативным подходом при идиопатическом лёгком-умеренном течении - отсюда осторожный вывод «при лёгкой картине начинать без скальпеля» (Caliandro 2016). Практический водораздел тот же, что и в других компрессионных нейропатиях: чем тяжелее и стойче симптоматика и чем очевиднее признаки повреждения двигательных волокон, тем сильнее чаша весов смещается к освобождению нерва.

Сколько это длится и чего реально ждать?

Коротко: при лёгком синдроме и снятии драйвера прогноз хороший, до операции часто не доходит. Выраженный, со слабостью и похуданием мышц, восстанавливается медленно и не всегда полностью - тут время работает против вас.

Честные ориентиры без обещаний. Многое решает то, на какой стадии вы спохватились. Лёгкий синдром с плавающим онемением при смене режима и разумной ночной фиксации локтя нередко отступает в течение недель-месяцев, и до операции дело не доходит: в исследовании консервативного лечения большинство людей с лёгкой и умеренной картиной заметно улучшились без операции (Svernlöv 2009). Это обнадёживающая часть, и она реальна.

Другая сторона - запущенный синдром. Если онемение стало постоянным, а мышцы кисти ослабли и уменьшились, это признак долгого страдания нерва. После операции сдавление снимается, и покалывание нередко уходит, но восстановление силы и объёма мышц идёт медленно, месяцами, а при выраженной атрофии полного возврата может и не быть. Отсюда главный практический вывод всей темы: тянуть с выраженными симптомами невыгодно - вы рискуете тем, что уже не отыграется. При лёгкой картине спешить со скальпелем не нужно, при выраженной - опасно медлить.

Когда к врачу, а не в зал

Коротко: постоянное онемение, слабость и похудание мышц кисти, «когтистое» положение пальцев, резкое онемение после травмы локтя - это сигналы не откладывать визит к врачу.

Есть ситуации, где самопомощь и «подожду, само пройдёт» неуместны и нужен осмотр специалиста, иногда без промедления:

• Онемение стало постоянным, а не только ночным или эпизодическим - нерв страдает всерьёз.
• Слабеет и худеет кисть: труднее свести и развести пальцы, удержать лист между пальцами, падает сила точного хвата - признак повреждения двигательных волокон.
• Мизинец и безымянный подгибаются в «когтистое» положение и не выпрямляются свободно - поздний двигательный признак.
• Онемение и слабость резко появились после травмы или перелома в области локтя - это может быть острое повреждение нерва, здесь счёт идёт на часы.
• Немеют обе кисти и стопы симметрично, есть жжение - возможна общая полинейропатия, нужно искать системную причину.

Если ничего из этого нет, а есть привычное «плавающее» онемение мизинца, которое усиливается при согнутом локте и отпускает, если руку выпрямить, - у вас есть время на спокойный разбор и консервативный старт.

С чего начать и где граница самопомощи?

Коротко: начать стоит с честной оценки стадии и с простых шагов - не давать локтю глубоко сгибаться во сне и убрать опору на него; рандомные упражнения из интернета тут плохое начало. Полноценно разобрать причину удалённо не выйдет, и признать это ограничение - нормально.

Оттолкнитесь от своей стадии, и уже от неё стройте конкретные шаги. Прикиньте по этой статье, к какому сценарию вы ближе: плавающее онемение без слабости - повод для спокойного консервативного старта, когда вы перестаёте спать с рукой под головой, снимаете локоть с подлокотников и не прижимаете телефон к уху часами; постоянное онемение со слабостью и похуданием мышц - дорога к врачу без промедления. Уберите из головы две крайности: «это шея, разомну» и «немеет рука - надо срочно резать». Обе неверны для большинства.

Дальше честно про границу. Разобрать удалённо, что именно у вас грузит нерв - привычки сна, техника движения в спорте, характер хвата, фоновые состояния, - и отделить это от других причин онемения без осмотра невозможно. Логика проста в принципе: снять с нерва лишнее давление и натяжение и убрать то, что их создаёт. Но что именно менять в вашем случае, нужна ли уже консультация хирурга и на каком вы этапе - это разбирают очно; по одному слову «немеет мизинец» задачу не решить.

Нижняя строка. Если онемение только плавающее и связано с согнутым локтем, без слабости - начните с простого: не давайте локтю глубоко сгибаться во сне (мягкая фиксация в разгибании), уберите опору на локоть и долгий телефон у уха, разберите нагрузку; торопиться с операцией не нужно. Если онемение стало постоянным, слабеют и худеют мышцы кисти, пальцы подгибаются или всё началось резко после травмы - к врачу, не тяните: упущенное время здесь оборачивается силой в кисти, которая не вернётся. Не грейте, не разминайте через прострелы и не лечите онемение добавками - за ними нет данных. И не путайте локоть с шеей: если немота идёт от шеи по всей руке, причина не здесь.

Разложить, какие факторы сошлись именно у вас и что из них поддаётся коррекции, чтобы вернуться к своей нагрузке без онемения, - это то, чем я занимаюсь в личном ведении: разбираю ваш день и вашу механику и веду от симптома к причине.

Смежные разборы

• Синдром запястного канала: почему немеют пальцы - соседняя компрессия нерва, но другого и в другом месте; та же логика «сначала честно про первую линию, потом про место реабилитации».
• Болит локоть: как разобраться, что это - навигатор по локтю: загляните сюда, если у вас на первом плане боль, а онемения почти нет.
• Что показывает МРТ и почему находка - не всегда причина - о том, как читать заключения и не пугаться строк из протокола.

Источники

• Caliandro P, La Torre G, Padua R, Giannini F, Padua L. 2016. Treatment for ulnar neuropathy at the elbow. Cochrane Database Syst Rev (11):CD006839. https://doi.org/10.1002/14651858.CD006839.pub4
• Staples JR, Calfee R. 2017. Cubital Tunnel Syndrome: Current Concepts. J Am Acad Orthop Surg 25(10):e215-e224. https://doi.org/10.5435/JAAOS-D-15-00261
• Assmus H, Antoniadis G, Bischoff C, Hoffmann R, Martini AK, et al. 2011. Cubital tunnel syndrome - a review and management guidelines. Cent Eur Neurosurg 72(2):90-98. https://doi.org/10.1055/s-0031-1271800
• Zlowodzki M, Chan S, Bhandari M, Kalliainen L, Schubert W. 2007. Anterior transposition compared with simple decompression for treatment of cubital tunnel syndrome: a meta-analysis of randomized controlled trials. J Bone Joint Surg Am 89(12):2591-2598. https://doi.org/10.2106/JBJS.G.00183
• Macadam SA, Gandhi R, Bezuhly M, Lefaivre KA. 2008. Simple decompression versus anterior subcutaneous and submuscular transposition of the ulnar nerve for cubital tunnel syndrome: a meta-analysis. J Hand Surg Am 33(8):1314.e1-1314.e12. https://doi.org/10.1016/j.jhsa.2008.03.006
• Svernlöv B, Larsson M, Rehn K, Adolfsson L. 2009. Conservative treatment of the cubital tunnel syndrome. J Hand Surg Eur Vol 34(2):201-207. https://doi.org/10.1177/1753193408098480
• Shah CM, Calfee RP, Gelberman RH, Goldfarb CA. 2013. Outcomes of rigid night splinting and activity modification in the treatment of cubital tunnel syndrome. J Hand Surg Am 38(6):1125-1130. https://doi.org/10.1016/j.jhsa.2013.02.039
• Beekman R, Visser LH, Verhagen WI. 2011. Ultrasonography in ulnar neuropathy at the elbow: a critical review. Muscle Nerve 43(5):627-635. https://doi.org/10.1002/mus.22019
• An TW, Evanoff BA, Boyer MI, Osei DA. 2017. The prevalence of cubital tunnel syndrome: a cross-sectional study in a U.S. metropolitan cohort. J Bone Joint Surg Am 99(5):408-416. https://doi.org/10.2106/JBJS.15.01162
• Palmer BA, Hughes TB. 2010. Cubital tunnel syndrome. J Hand Surg Am 35(1):153-163. https://doi.org/10.1016/j.jhsa.2009.11.004
• Andrews K, Rowland A, Pranjal A, Ebraheim N. 2018. Cubital tunnel syndrome: anatomy, clinical presentation, and management. J Orthop 15(3):832-836. https://doi.org/10.1016/j.jor.2018.08.010